5 августа министр финансов США Скотт Бессент заявил, что соглашение об открытии Ормузского пролива может быть достигнуто в течение одного-двух дней. Ранее президент Дональд Трамп также подтвердил, что конфликт «крайне близок к завершению». Впрочем, тупиковая ситуация сохраняется.
Противоречивые заявления
Спустя несколько дней после заявлений высокопоставленных американских официальных лиц, 8 августа, Высший совет национальной безопасности Ирана выдвинул ряд условий для разблокировки Ормузского пролива. Тегеран требует от Вашингтона компенсации нанесенного ущерба и вывода американских войск из стран Персидского залива в качестве условия прекращения военных действий. Секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Мохаммад-Багер Золькадр заявил, что Ормузский пролив не будет открыт до тех пор, пока США не изменят свое поведение. Он выдвинул шесть условий для «исправления поведения» Вашингтона: никогда не угрожать Ирану; раз и навсегда положить конец войне против Ирана и его союзников в Ливане, Палестине, Йемене и Ираке; снять морскую блокаду и вывести военно-морские и военно-воздушные силы; полностью возместить ущерб, нанесенный республике; снять санкции с Ирана; разблокировать замороженные иранские активы.
Тегеран также отверг заявления президента США Дональда Трампа о том, что стороны ведут переговоры «вполсилы». Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи заявил: «У понятия «переговоры» есть свое определение, и они ведутся по конкретному вопросу, чтобы достичь результатов. У нас такого диалога с США сейчас нет. Да, мы обмениваемся сообщениями через посредников, но это не переговоры, а лишь обмен сообщениями. Посредники все еще пытаются подготовить почву для налаживания контактов. Но мы не собираемся вести диалог, пока США нарушают меморандум о взаимопонимании».
В середине июля наблюдалось обострение напряженности между США и Ираном, отмеченное заявлением президента Трампа о прекращении действия перемирия с Тегераном. Вашингтон затем усилил удары по ряду иранских объектов, но администрации Трампа не удалось заставить Иран отступить. По оценкам наблюдателей, ситуация на поле боя вынудила США смириться с нынешним тупиком, и они даже постепенно уступают инициативу Ирану. Наиболее наглядным примером этого является продолжающаяся жесткая блокада Ираном Ормузского пролива. Тегеран также пригрозил «решительным ответом» судам, проходящим через этот район без согласования с ним. Следует отметить, что Иран и Оман создадут новые механизмы контроля Ормузского пролива без участия США.
Как долго продлится тупик?
Нынешний тупик поднимает вопрос о том, как долго администрация США сможет поддерживать свою стратегию «максимального давления». В недавнем отчете Центра стратегических и международных исследований (CSIS), расположенного в Вашингтоне (США), было отмечено, что введение США экономической блокады Ирана, одновременное оказание максимального давления на Тегеран и нанесение ограниченных авиаударов по иранским объектам при сохранении косвенных каналов переговоров с Ираном (через Оман и Пакистан), по сути, представляет собой форму торга посредством эскалации. Цель администрации Трампа — оказать давление на Иран, чтобы тот принял более строгие условия сдерживания в сфере ядерного и ракетного оружия. Однако граница между «сдерживанием как козырем» и «развязыванием полномасштабной войны» чрезвычайно тонка.
Кроме того, для поддержания этой стратегии администрации Трампа придется решать ряд проблем, связанных с асимметрией военных операций и соотношением затрат и эффективности. В частности, тот факт, что США и их союзники постоянно вынуждены использовать дорогостоящие ракеты-перехватчики (такие как THAAD, SM-3 и Aegis) для противодействия более дешевым иранским целям, оказывает серьезное давление на американские запасы боеприпасов. Согласно анализу Центра стратегических и международных исследований (CSIS), конфликт с Ираном приводит к тому, что американские военные испытывают значительную нехватку зенитных ракет Patriot (в настоящее время менее 1000 единиц) и систем THAAD (менее 250 единиц). Дефицит боеприпасов вынудил администрацию Трампа запросить дополнительный военный бюджет в размере до 95 миллиардов долларов. Самое главное, что даже длительное военное давление вряд ли изменит позицию Тегерана.
Вице-президент США Джей Ди Вэнс признал: «Порой кажется, что мы добиваемся прогресса в переговорах, а потом — что нет. Во-первых, иранцы — чрезвычайно трудные люди. Во-вторых, их система разделена. В рамках этой системы есть те, кто хочет положить конец конфликту, но есть и те, кто хочет, чтобы конфликт продолжался. Наша задача — разобраться в этой ситуации, чтобы добиться наилучшего возможного результата. Я считаю, что конечный результат будет довольно сложным и потребует времени для его достижения».
Некоторые эксперты склоняются к сценарию затяжного тупика или даже «частичного замораживания» конфликта, ведь ни США, ни Иран не готовы пойти на существенные уступки по вопросу регулирования Ормузского пролива. Похоже, что промежуточные выборы в США в ноябре больше не являются главной заботой Вашингтона. Снижение цен на нефть может привести к уменьшению стоимости жизни для американских избирателей, а это когда-то считалось одним из главных факторов, которые США должны были учитывать в конфликте с Ираном. Впрочем, в своем недавнем выступлении перед американскими избирателями президент США Дональд Трамп открыто упомянул сценарий, при котором США, возможно, придется смириться с высокими ценами на нефть на определенный период времени.
